«Дмитрий, я не могу понять! Мы летим уже несколько часов, и я не вижу под крылом самолета огней городов! Вообще никаких огней! Как такое возможно?». Этот вопрос много лет назад ясной, лунной ночью, украшенной светом огромных звезд из черной мглы космических далей, задал мне один из европейских охотников, с которым я летел в Якутию на охоту. Да, таковы просторы нашей необъятной Родины. А именно той ее части, где расположена очень интересная в плане исторического развития и географических особенностей Республика Саха, или Якутия.
Необычного в ее истории довольно-таки много. Взять хотя бы тот факт, что якуты говорят на языке саха, принадлежащем к тюркской группе, куда входят также киргизский, казахский, турецкий, азербайджанский, узбекский, туркменский. Но все эти народы, как известно, испокон веков проживают на территориях, расположенных гораздо южнее холодных якутских просторов. Каким образом и когда тюркоговорящих занесло в столь суровые сибирские условия? Однозначного ответа на этот вопрос до сих пор не получено. Кстати, саха – это и самоназвание якутов, и название их языка, который по многим параметрам стоит особняком в семействе тюркских языков. Может, вечная мерзлота и сильные холода так на него подействовали? А с холодом в Якутии все в порядке. Именно в этой республике метеорологи «застолбили» полюс холода возле населенного пункта Оймякон. Официально зарегистрированный рекорд минусовой температуры в этом месте – 69,9 градуса по Цельсию. Хотя есть данные, что в некоторые годы столбик термометра опускался и ниже – до -77 и даже до -82 градусов! Как выживают люди и животные в таких местах, останется загадкой еще на многие-многие годы.
Для охотника главной географической особенностью Якутии является, пожалуй, большая удаленность республики от Европейской части России. Столетиями единственной связующей артерией для местного населения с «материком» (как здесь называют любую доступную автомобильному транспорту часть России) служила коварная река Лена. И только с развитием воздухоплавания, или, попросту говоря, авиации Якутия утратила свою малодоступность.
Здравствуй, земля Саха!
С охотником из Казахстана Жайсаном Сыздыковым и его другом Ильясом мы оказались в конце августа в Якутске после шестичасового ночного перелета, во время которого практически не спали. В аэропорту нас встретил приветливый водитель Василий, среднего роста, сибиряк с русскими корнями и голубыми глазами, с неторопливым и очень тихим говором, спокойный как удав (в хорошем смысле). Получили багаж и, перепрыгнув в микроавтобус, тронулись в долгий и, как оказалось, нелегкий путь.
Спустя полчаса мы были уже на переправе через могучую Лену. Не раз своими бурными водами она доказывала, что не человек на этой земле хозяин. Жертвы, разрушения жилищ и зданий повторяются здесь во время весенних паводков регулярно. Но в этот раз мы увидели ленские воды в их спокойном, миролюбивом состоянии. Пришлось подождать, пока загрузится весь паром, около 40 минут и снова в путь.
От широты реки и огромной массы воды, спешащей к Ледовитому океану, у моих казахских друзей захватывало дух.
Через час с небольшим мы были уже на другом берегу. Микроавтобус ловко взобрался с пандуса на песчано-галечную насыпь и, слегка переваливаясь с боку на бок под тяжестью груза, продолжил путь в восточном направлении по трассе федерального значения. Дорога представляла собой поначалу не совсем ровное, но довольно твердое покрытие с содержанием асфальта. Однако скоро оно закончилось, и началась дорога из смеси песчаной пыли, глины и частично гравия. Нам повезло, по словам Василия, в том плане, что не было дождя. Мокрая дорога превращается в коварное корыто с жижей, готовое в любой момент скатить машину в кювет. Во время дождей все автомобили – от маленьких седанов до огромных большегрузов – с завидной регулярностью отправляются здесь в «последний путь». Правду сказать, все постсоветское пространство славится убитыми дорогами, но то, что мы увидели и имели счастье испытать на себе в Якутии, даже описать трудно. Разумеется, Василий боялся надавить чуть сильнее на педаль газа, и рассчитывать на скорое прибытие к месту не приходилось. «Микрик» с правым рулем (большинство машин здесь с правым рулем) медленно огибал огромные, зияющие чернотой впадины в полотне дороги, похожие на воронки от бомбежки, которые с завидной настойчивостью преграждали путь разогнавшемуся было транспортному средству.
Не буду больше утомлять читателя описанием наших путевых приключений с долгим ожиданием паромов и медленным их продвижением через Лену и Алдан, но в конце концов к вечеру того же дня мы оказались в небольшом якутском поселке с «лирическим» названием Хандыга. Тепло гостиницы расслабило волю, вспомнилось о бессонной ночи, и мы, обсудив планы на завтрашний день, повалились на не совсем комфортные, но все же кровати, засыпая, кажется, прямо в падении.
Утром следующего дня машина доставила нас к пристани, где уже ждали два «Хивуса». Эти суда на воздушной подушке – самое оптимальное решение для передвижения в условиях нестабильного уровня воды в якутских реках. Русла рек часто меняются, и, если ты сегодня где-то смог подняться на водомете, то на обратном пути, возможно, придется искать другой путь, потому как река с ее крутым и непредсказуемым нравом решила проложить себе новое русло или же просто пересохла в этом месте из-за отсутствия дождей. Для судов на воздушной подушке это не проблема. Признаюсь, как-то так получилось, что до сих пор мне не приходилось передвигаться на подобных аппаратах и, как только, погрузившись в «Хивус» под рев его пропеллера, тронулись в путь, возник, так сказать, когнитивный диссонанс. Все было понятно, пока шли по открытой воде, но как только впереди замаячила отмель, мелькнула мысль: «Все, приплыли!». Я уже приготовился к тому, что сейчас придется как-то стаскивать эту махину с речной гальки, что не раз приходилось делать при переходе на водомете. Ан нет! Идет родимая и по отмели, спокойно скользя по песчаным и каменистым косам.
Так мы шли около двух часов, поднимаясь вверх по Алдану до поворота на реку Тыры. Название это произошло предположительно от якутского «тырын», что означает «наледное место», или «большая наледь». И если по полноводному Алдану идти было в общем-то легко, то после поворота на Тыры маршрут усложнился. Стало появляться множество проток. Знать, по какой из этих проток следует идти, оказалось не так просто. Река постоянно петляла, извивалась как змея, то прижимаясь к крутому берегу, из которого выступала вечная мерзлота, сверкая и переливаясь кристаллами многовекового льда, то растекалась по большой площади подобно блинному тесту, вылитому из половника на сковороду.
Все уже немного подустали и после трехчасового перехода решили остановиться, размять ноги и перекусить. После отдыха дорога показалась гораздо веселей, и еще через пару часов мы уже были на базе под названием «Пять озер». Что-то знакомое показалось в этом названье.
Здесь русский дух!Нас встретил мой давний партнер Андрей Петров. Мужчина сухого типа телосложения, роста несколько выше среднего, с удивительно чистыми голубыми глазами. Андрей – директор охотхозяйства, на территории которого нам предстояло охотиться. Пребывание в столь удаленных от цивилизации районах требует от человека массы знаний и навыков. Он должен уметь все – от приготовления пищи до ремонта техники и обработки древесины. Я уже не говорю, что как проводник он должен очень хорошо знать места обитания зверя, будь то лось, баран, медведь или северный олень.
Как показало общение с Андреем, он чрезвычайно мягкий и отзывчивый человек, при этом очень сильный физически и может переносить огромные физические нагрузки. Таковы наши сибиряки, которых все еще мечтают завоевать иноземцы. Не знают они наш народ, и на что он способен. Европейцы, приезжающие к нам на охоту из своего избалованного и растленного современной цивилизацией мира, постоянно удивляются физической выносливости и силе духа наших людей!
Надо отметить, что одной из основных проблем в столь удаленных местах является обеспечение транспорта топливом. Запасы топлива делаются заранее с большим запасом на непредвиденные ситуации, которые здесь скорее норма, нежели исключение. Так вот и Андрей заготовил для этой охоты стратегические запасы топлива. И все бы было хорошо, но… мы предполагаем, а Бог располагает. Кто же мог предугадать, что небольшая речка Тыры настолько разольется и разбушуется, что смоет целиком небольшую промежуточную базу со всеми строениями и унесет с собой весь стратегический запас бензина! Вот так бывает в этих суровых местах.
На охотуНо тем не менее, Андрей нашел способ решить проблему с топливом, и мы продолжили путь к местам охоты. Предстояло подняться еще выше по реке до небольшой охотничьей избушки, сделать ее промежуточным лагерем и уже оттуда «воевать».
В первый же вечер, сразу по приезду Жайсан с одним из проводников выдвинулись в горы попытать удачу. Там на противоположном от нас берегу был заложен солонец, на который, по словам проводника, иногда приходили бараны.
Оставшийся в лагере коллектив взялся за обустройство. Приготовили на костре скромный ужин, отдали дань Байанаю и стали ждать возвращения охотника.
Поход Жайсана в горы оказался безрезультатным, что, впрочем, было ожидаемо. Слишком просто было бы, если б в первый же день удалось добыть барана. Хороший и почетный горный трофей надо выстрадать. Расстраиваться по поводу первой неудачи никто не стал. Все провели хороший дружеский вечер и устроились на ночлег – кто в избушке, как Жайсан и Ильяс, кто в «Хивусе». Ну, а мне предстояло провести ночь у костра. Благо холода сюда еще не пришли, а необходимое снаряжение в виде надувного коврика, хорошего спальника и покрывала от дождя у меня имелось. Единственное, что настораживало, так это рассказы местных ребят о том, что медведи здесь хозяева и к тому же очень агрессивные. Спрашивать разрешения на посещения лагеря не будут, а могут просто прийти и попытаться взять, что им хочется. По этому случаю пришлось зарядить и положить карабин рядом с собой. Точно утверждать не могу, что за зверь подходил ночью к лагерю, но точно слышал шум метрах в 30 от того места, где я лежал. Было жутковато, а посему ночь прошла не столько во сне, сколько в полудреме. Но, как говорится, Бог отвел от нас опасность, и утром все проснулись в добром здравии (хотя, честно говоря, не совсем все и не совсем в добром из-за излишне принятого накануне).
Быстро позавтракали, собрались и двинулись в места, которые были запланированы для охоты ранее. По плану Андрея, мы должны были пройти на «Хивусе» по одному из малых протоков и подняться на высокогорное плато где-то в часе хода от избушки.
Шли ровно, аккуратно огибая огромные валуны и скалы. Протока все сильнее и сильнее сужалась и по нарастающей возникали все большие сомнения в отношении возможности пройти на судне к месту охоты. Наконец, что называется, приплыли. «Хивус» уперся в непреодолимые скалы. Но это было не самое страшное. Пугало то, что даже места для разворота практически не было. Ситуация была очень неприятная. Вперед нельзя. Назад – надо еще суметь развернуться. А если это удастся, то придется нестись вниз по бурлящему потоку узкого горного ручья на судне с внушительными габаритами и совсем не лучшей маневренностью. Даже теоретически это представлялось далеко не безопасным. Что уж говорить о практической стороне дела!
Развернуться смогли, переталкивая «Хивус» от скалы к скале. Я посмотрел в глаза рулевому, он же водитель, он же капитан, и спросил: «Пройдем?!» Тот помолчал, вздохнул и молча сел за руль. Оставалось только надеяться на… Хотя, на что тут надеяться, понять было очень трудно.
Судя по тому, что я сейчас сижу и пишу эти строки, наша команда осталась жива. Но тогда было не совсем понятно, выберемся ли мы живыми из той западни, в которую сами залезли.
Двигатель взревел, и мы пошли. Вернее говоря, помчались, уносимые потоком сквозь узкую щель, которую нам оставила судьба. Один удар о скалу – удержались. Другой, третий, четвертый, но мы на плаву и на ходу. Все это время я держал в руках камеру, высунувшись по пояс из люка «Хивуса». Думал, будь, что будет, но, если выберемся из этой ловушки, то получатся захватывающие кадры.
В кабине все притихли и напряженно вглядывались вперед. После нескольких карамболей и прыжков с водопадов между скал мы с облегчением вздохнули – «Хивус» вышел на мало-мальски ровный участок реки. Выбрались и живы-здоровы! Тут же пристали к берегу и, первое что сделали, выпили по хорошей рюмке водки за успешное освобождение из каменного плена и безопасное возвращение. Наш «Хивус» с правого борта был похож на военный корабль, атакованный торпедами. Ободранные бока, разбитые поручни, местами порванный фартук.
Кадры этой хроники до сих пор будоражат кровь моих родных и шокирующее впечатление производят на знакомых, которым иногда показываю свои фильмы.
Еще одна попытка
Главное – живы и здоровы. Недолго думая, обсудили сложившуюся ситуацию и приняли решение выдвинуться еще в одно место предполагаемого обитания баранов. Оно находилось в нескольких километрах от той отмели, к которой мы пристали. Пришлось быстро распаковать свои походные сумки, одеться по погоде, загрузить все необходимое в ходовые рюкзаки и выдвинуться в путь. Надо сказать, что с экипировкой в то время и в том месте было довольно-таки сложно, если иметь в виду абсолютно непредсказуемую погоду. То холодный ливень, то сильный порывистый ветер. Потом все внезапно прекращается, и выглядывает солнце, палящее, что может показаться странным, словно где-то в южных широтах. Вкупе с высокой влажностью эта жара начинает давить на тебя своим влажно-липким избыточно теплым покрывалом. Ты обливаешься потом, идешь и не можешь никак взять в толк, где ты – на Кавказе или же в тысячах километрах севернее, у самого полюса холода?! Когда мы выходили в путь, было еще не так жарко и душно. Но стоило пройти каких-то полчаса, как жара и влага взяли нас в плен.
Отдельно хотелось бы сказать несколько слов про тот грунт, по которому шли. После случившихся накануне нашего приезда проливных дождей почва напиталась водой. А потому, как чуть ниже, всего в 30 см уже находится вечная мерзлота, то воде, естественно, уходить особо было некуда. Вот мы и мерили своими горными ботинками влажный грунт вдоль небольшого ручья, утопая порой по щиколотку во влажной глине, а местами во мху проваливались почти по колено. Наилучшая тренировка для спортсменов и для желающих сбросить лишние килограммы! Но нам в таких походах терять лишний вес частенько ни к чему. Иначе останется от нас за пару недель таких походов один каркас. Так что пришлось чаще останавливаться, чтобы отдохнуть и перевести дух.
Спустя пару часов вышли к красивейшему озеру, запертому со всех сторон старыми горными хребтами. Несколько уток, отдыхавших в спокойных водах озера, с шумом взлетели у нас практически из-под ног. Это было очень красиво!
Отдохнули и перекусили. Слишком много энергии ушло на этот переход, а впереди была только неизвестность.
Во время перекуса обсудили сложившуюся ситуацию и пришли к выводу, что придется возвращаться обратно к реке. Те хребты, куда мы хотели попасть, были еще на достаточном удалении, и шансов на то, что мы успеем дойти туда до темноты, чтобы поохотиться, было крайне мало. А снаряжения для ночевки и питания мы не брали.
(Продолжение следует)
